Информационные страницы

Пару лет назад родители детей-инвалидов столкнулись со следующей проблемой. Для перевозки своих детей многие родители используют личные автомобили. При этом сотрудники различных организаций, регулирующие парковку, неумолимо выгоняли машины, в которых перевозят детей-инвалидов, с мест, отведенных для специальных автотранспортных средств инвалидов. Аргументировали они это тем, что раз лицо, управляющее автомобилем, инвалидом не является, то и пользоваться специальными парковочными местами для инвалидов не имеет права. По их мнению, присутствие в автомобиле ребенка-инвалида не дает право родителю пользоваться местом для парковки специальных автотранспортных средств инвалидов. Особо усердные сотрудники охраны угрожали вызвать сотрудников ГИБДД для составления протокола об административном правонарушении (нарушение правил остановки или стоянки транспортных средств в местах, отведенных для остановки или стоянки транспортных средств инвалидов).

Юристы Центра лечебной педагогики обратились с этой проблемой к Министру здравоохранения и социального развития РФ и к Начальнику Департамента ОБДД МВД России (главному государственному инспектору безопасности дорожного движения) с описанием проблемы, указанием на пробел в законодательстве, приводящий к очевидной дискриминации детей-инвалидов по сравнению с другими категориями инвалидов, а также сформулировали необходимые дополнения в конкретные нормативные акты, призванные восстановить справедливость. В ответе из ГИБДД содержалась отсылка к Минздравсоцразвития и выражалась готовность при поступлении в адрес ГИБДД «соответствующего проекта Постановления Правительства РФ, подготовленного Минздравсоцразвития… рассмотреть его в установленном порядке». В ответе же из МЗСР Директор Департамента по делам инвалидов Г.Г.Лекарев сообщал: а) что соответствующая норма закона «О социальной защите инвалидов в РФ» разработана лишь для инвалидов-автомобилистов; б) что распространение льгот по бесплатной парковке на лиц, перевозящих инвалидов, приведет к неограниченному расширению круга «льготников»; в) что вопросы доступности инфраструктуры для инвалидов будут разрешены в рамках Государственной программы «Доступная среда на 2011-2015 годы». В ответном письме нам пришлось, в свою очередь, аргументировать сомнительность всех трех утверждений, задать вопросы по конкретному правоприменению и предложить пересмотреть позицию МЗСР по этому вопросу.

И вот, спустя всего полтора года, выходит Постановление Правительства РФ от 28 марта 2012 № 254, решающее эту проблему! Отныне на автомобили, перевозящие детей-инвалидов, может быть установлен знак «Инвалид», а автомобили, оборудованные таким знаком, вправе использовать парковочные места для инвалидов. По привычным для нас темпам реагирования государства на нужды инвалидов – это просто молниеносно!

Знаки и правила парковки автомобилей, перевозящих детей-инвалидов

На сайте Минздравсоцразвития опубликован проект приказа от 13 января 2012 г. о внесении изменений в «Классификации и критерии, используемые при осуществлении медико-социальной экспертизы …». В течение нескольких лет мы с коллегами из социально ориентированных НКО боролись за изменение терминологии этого документа и упорно объясняли неприемлемость таких формулировок, необходимых для установления групп инвалидности, как «неспособность к общению», «неспособность к обучению», «неспособность к трудовой деятельности или невозможность (противопоказанность) трудовой деятельности» (см., например, тут, с. 160–161). И дело не только в терминологии и непрофессионализме; Минздравсоцразвития фиксировало таким образом определенную позицию в отношении к людям (последний раз эта позиция была подтверждена соответствующим приказом в 2009 году). Исходя из этой позиции, детям отказывали в реабилитации, не принимали в школы, а подростков и молодых людей – в профессиональные учебные заведения и на работу.

Изменения, предлагаемые в проекте Минздравсоцразвития, снимают большую часть претензий общественности. Осталось только заменить формулировку «неспособность к общению»...

«На пути к ратификации Конвенции ООН о правах инвалидов: актуальные проблемы законодательства и правоприменительной практики»
(Москва, Общественная палата РФ – РБОО «Центр лечебной педагогики», 21–22.12.2011)

Первый этап встречи (21.12.11 с 11 до 13-30) был объединен со слушаниями Комиссии по социальному развитию и демографической политике Общественной палаты РФ – там собралось более 70 представителей общественных и иных некоммерческих организаций из различных регионов России, оказывающих разнообразную помощь детям и взрослым с нарушениями развития. Эта часть встречи была посвящена оценке законопроекта «Об основах социального обслуживания в РФ», представленного Минздравсоцразвития. Обсуждался широкий диапазон положений проекта; при этом подавляющее большинство участников встречи признали представленную версию проекта неудовлетворительной. Сожаление вызвало отсутствие на заседании в ОП РФ представителей разработчиков проекта (их участие было обещано организаторами слушаний и на это всерьез рассчитывали участники встречи); это было воспринято как невнимание к мнению общественности – специалистов, много лет работающих в этой сфере, и потребителей социальных услуг.

Второй и основной этап встречи – собственно «мозговой штурм» – проходил в Центре лечебной педагогики. Большинство участников являлись юристами, в том числе, имеющими опыт работы в сфере социального права (в госорганах и НКО). На штурме обсуждались правовые и практические последствия законодательных новаций (изменения декабря 2010 в законе «О социальной защите инвалидов в РФ») и проектов в социальной сфере: законопроектов «Об образовании», «Об основах социального обслуживания в РФ», «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ по вопросам социальной защиты инвалидов в связи с ратификацией Конвенции ООН о правах инвалидов». Законодательные изменения анализировались в контексте соответствия либо противоречия конкретным нормам Конвенции ООН о правах инвалидов. Проведя содержательный анализ, участники единодушно высказались о необходимости общественного контроля над выходящими в этой сфере законопроектами: вектор создания правовых норм должен быть направлен к ратификации Конвенции, а не отдалять это событие.

Участники встречи договорились об основных направлениях и видах совместных действий, способствующих ратификации Конвенции. Очевидной особенностью встречи явилось «прирастание» юридического потенциала социально ориентированных НКО за счет юридической молодежи, профессиональные интересы которой лежат в обсуждаемой сфере.

В августе 2011 г. Минздравсоцразвития опубликовал на своем сайте проект нового закона «Об основах социального обслуживания в РФ» – в течение 3-х недель принимались замечания и предложения. Директор Департамента организации социальной защиты населения Минздравсоцразвития РФ Ольга Самарина так подытожила состоявшееся обсуждение: «В основном поправки носили грамматический и пунктуационный характер. Концептуальных замечаний ни по одной статье не было». Однако замечания РБОО «Центр лечебной педагогики», посланные на сайт (и полученные модератором – была обратная связь), носили как раз-таки «концептуальный» характер. Недовольство проектом высказали и участники обсуждения проекта на Комиссии по социальному развитию и демографической политике Общественной палаты РФ 21 декабря 2011 г. – там собралось более 70 представителей общественных и иных некоммерческих организаций из различных регионов России, оказывающих помощь детям и взрослым с нарушениями развития. Подавляющее большинство участников встречи признали представленную версию проекта неудовлетворительной.

Чем же так не угодил общественности подготовленный законопроект?

Россия подписала Конвенцию ООН о правах инвалидов, поставлена задача ее ратификации. В упомянутом же документе повторяются старые, неинтегративные, отжившие форматы обслуживания в социальной сфере. Похоже, что создавая законопроект, Минздравсоцразвития совершенно не имел в виду Конвенцию. Подробности – ниже…

Кратко по законопроекту «Об основах социального обслуживания в РФ» (о наиболее существенных расхождениях с Конвенцией)
Сравнение ассортимента социальных услуг, предлагаемых Минздравсоцразвития РФ в законопроекте «Об основах социального обслуживания в РФ» для обслуживания граждан в стационарных условиях и на дому
К анализу законопроекта «Об основах социального обслуживания в РФ», разработанного Минздравсоцразвития РФ
Предложения по внесению изменений в законопроект «Об основах социального обслуживания в РФ», разработанный Минздравсоцразвития РФ

В 2011 г. представители ЦЛП, дефектолог и юрист, посетили один из детских домов-интернатов для умственно отсталых детей. Проблемы ДДИ, как правило, являются общими, поэтому наблюдения специалистов ЦЛП могут быть полезны для преобразования в лучшую сторону деятельности детских домов-интернатов и стать основой различных действий по обеспечению прав их воспитанников.

Из отчета об оценке деятельности ДДИ для умственно отсталых детей комиссией c участием независимых экспертов

Практика показывает, что активное и грамотное востребование права меняет практику работы госведомств в сторону исполнения ими законодательства. Однако некоторые «корневые» проблемы в сфере интеграции и достойной жизни взрослых с интеллектуальными и психическими нарушениями можно решить, только внеся конкретные изменения в законодательство. Причем направление этих изменений – то самое, которое ведет к ратификации Конвенции ООН о правах инвалидов (такая задача поставлена Президентом РФ еще в 2009 г.).

Вслед за активной реакцией и предложениями НКО постепенно эту установку начинает воспринимать и наше правительство. Летом 2011 г. Минздравсоцразвития подготовило проект закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам социальной защиты инвалидов в связи с ратификацией Конвенции ООН о правах инвалидов» . К сожалению, многие из положений законопроекта не выдерживают критики. Более того, целый пласт проблем людей с инвалидностью, которые касаются прав и свобод граждан, признающихся недееспособными, – не находит решения в предложениях Минздравсоцразвития. Пока что эти проблемы волнуют только НКО и семьи, где живут такие люди, а в законодательстве продолжают зиять обширные лакуны…

Анализ законопроекта Минздравсоцразвития «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам социальной защиты инвалидов в связи с ратификацией Конвенции ООН о правах инвалидов»
Предложения по приведению законодательства РФ в соответствие с требованиями Конвенции ООН о правах инвалидов по вопросам, не затронутым в законопроекте «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам социальной защиты инвалидов в связи с ратификацией Конвенции ООН о правах инвалидов»
Обзор правовых лакун в российском законодательстве относительно требований Конвенции ООН по правам инвалидов в части реализации прав людей с интеллектуальными и психическими нарушениями

(о последствиях внесения изменений в ст. 11 ФЗ «О социальной защите инвалидов в РФ» в декабре 2010 г. )

Норма статьи 11 Федерального закона «О социальной защите инвалидов в РФ» в редакции, действовавшей до ее изменения в декабре 2010 года: если предусмотренное индивидуальной программой реабилитации техническое или иное средство реабилитации либо услуга не могут быть предоставлены инвалиду или если инвалид приобрел соответствующее средство либо оплатил услугу за собственный счет, то ему выплачивается компенсация в размере стоимости технического или иного средства реабилитации, услуги, которые должны быть предоставлены инвалиду.

Действующая редакция рассматриваемой нормы: если предусмотренные индивидуальной программой реабилитации техническое средство реабилитации и (или) услуга не могут быть предоставлены инвалиду либо если инвалид приобрел соответствующее техническое средство реабилитации и (или) оплатил услугу за собственный счет, ему выплачивается компенсация в размере стоимости приобретенного технического средства реабилитации и (или) оказанной услуги, но не более стоимости соответствующего технического средства реабилитации и (или) услуги, предоставляемых в порядке, установленном частью четырнадцатой статьи 11.1 Федерального закона «О социальной защите инвалидов в РФ».

Тезис: новая формулировка нормы способствует неоднозначному толкованию содержания нормы. Одно из возможных толкований, уже применяемое в практике, сводится к тому, что компенсации в соответствии с такой нормой подлежат лишь технические средства реабилитации и услуги, которые включены в статью 11.1. закона.

Минздравсоцразвития считает, что в результате изменений статьи 11 Федерального закона «О социальной защите инвалидов в РФ», принятых в декабре 2010 года, уровень социальной защиты инвалидов не снизился…

Продолжить чтение «К дискуссии о последствиях внесения изменений в ст. 11 Федерального закона “О социальной защите инвалидов в РФ” в декабре 2010 г.»

В последние годы появляются негосударственные организации, обеспечивающие качественный уход и реабилитацию с проживанием детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, имеющим различные, в том числе, множественные, нарушения развития. Качество услуг, оказываемых в таких организациях в обстановке, максимально приближенной к семейной, – не идет ни в какое сравнение с тем, что могут предложить «собесовские» психоневрологические интернаты. Это признают и представители государственных органов социальной защиты населения, а также опеки и попечительства. Однако несмотря на это, органы опеки пока не соглашаются передавать детей под надзор в такие организации, даже если ребенок по факту в течение нескольких лет в ней жил и ощущает ее как семью. У представителей органов опеки существуют устойчивые заблуждения, которые мешают даже думать в этом направлении. Поскольку практики оформления такого «надзора» нет, органы опеки опасаются ее развития и неведомых сопутствующих проблем, которые предстоит решать на этом пути.

Между тем, правовое регулирование данной области вполне это разрешает.

В соответствии с ч. 1 ст. 155.1 Семейного Кодекса РФ «под устройством детей, оставшихся без попечения родителей, в организации для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, понимается помещение таких детей под надзор в образовательные организации, медицинские организации, организации, оказывающие социальные услуги, или в некоммерческие организации, если указанная деятельность не противоречит целям, ради которых они созданы». В соответствии с ч. 2 ст. 155.2 Семейного Кодекса РФ «детям, помещенным под надзор в организации для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, опекуны или попечители не назначаются. Исполнение обязанностей по содержанию, воспитанию и образованию детей, а также защите их прав и законных интересов возлагается на эти организации». Контроль за условиями содержания, воспитания и образования детей в этом случае осуществляют органы опеки и попечительства (ч. 3 ст. 155.1 Семейного Кодекса РФ).

Подписание Россией Конвенции ООН по правам инвалидов и провозглашенный руководством страны курс на ратификацию Конвенции делают востребованной упомянутую норму российского законодательства – равно как и другие подобные нормы, обретающие в свете грядущей ратификации Конвенции особое значение. В соответствии с п. 2 ст. 7 Конвенции, «во всех действиях в отношении детей-инвалидов первоочередное внимание уделяется высшим интересам ребенка». Мы надеемся, что прирастание НКО, где находят приют и обретают семью нуждающиеся в этом дети, вкупе с необходимостью ратификации Конвенции станет стимулом для органов опеки к развертыванию обсуждаемой практики.

Обсуждение проекта закона «Об образовании» в 2010/11 годах было воистину всенародным – по поводу первой и второй версий было организовано обсуждение на сайте Минобразования. Центр лечебной педагогики принял участие в обсуждении трех последовательно представленных версий, каждый раз направлял разработчику (Минобразования) свои поправки и неоднократно участвовал в обсуждении проекта в общественных и законодательных органах.

На всех этапах тон и направления обсуждения задавало «ректорское лобби»: обсуждались проблемы развития высшего, среднего профессионального образования, социальной поддержки студентов, сохранения и развития художественного образования и пр. Слышны были также голоса директоров школ. Мы с сожалением наблюдали, что голоса тех, кто ратует за «модернизацию образования» (эти слова звучали неоднократно) для лиц с ограниченными возможностями здоровья (ОВЗ), тонут в общем потоке массированных и энергичных выступлений по «глобальным проблемам». Это и понятно: органы образования вследствие ресурсных ограничений не заинтересованы во включении детей в образовательную среду по месту их жительства (как того требует Конвенция ООН о правах инвалидов), поэтому представители школьного сообщества не будут поднимать эту проблему. Голос родительского сообщества пока еще недостаточно слышен. Представители Минобразования, Минздравсоцразвития, Государственной Думы и Федерального Собрания РФ, Президент РФ – как мы убедились, не знают проблем семей с детьми с ОВЗ и не могут оценить смысл и значение предлагаемых в законопроекте норм права. Остается загадкой – как, при таком уровне отсутствия понимания и политической воли, власти собираются ратифицировать Конвенцию.

Для справки: в России – не менее 1,5 млн. семей с детьми с ограниченными возможностями здоровья, и как минимум – столько же семей, имеющих в своем составе совершеннолетнего молодого человека – инвалида детства в возрасте получения профессионального образования. В несколько раз больше семей, воспитывающих детей с некоторыми особенностями развития (их состояние характеризуется как «пограничное»). Нетрудно подсчитать, интересы образования какой части населения России остаются за бортом...

Тем не менее, Центр лечебной педагогики, в числе тех немногих, кто отчаянно борется за образовательную интеграцию, упорно стремился донести свою позицию до создателей новой редакции федерального закона «Об образовании». Мы подходили к его тексту с точки зрения создания механизмов, позволяющих лицам с ОВЗ на практике реализовать право на образование, а также с учетом необходимости соответствия требованиям, установленным Конвенцией ООН о правах инвалидов в части образования таких лиц. В текущей (4-й) редакции законопроекта учтена значительная часть поправок Центра; за наиболее радикальные поправки еще предстоит побороться.

Краткая концепция предложений к проекту ФЗ «Об образовании в РФ» (2011)
О правах детей с ОВЗ в текущей (4-й) версии законопроекта «Об образовании в Российской Федерации»
Предложения РБОО «Центр лечебной педагогики» по внесению изменений и дополнений в проект Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации» (по состоянию на 15 июля 2011 года) и отражение этих предложений в 4-й версии законопроекта (ноябрь 2011 г.)

Осенью 2010 представители районного органа опеки Москвы озаботились следующей проблемой. Воспитанники Дома милосердия сестер матери Терезы Калькуттской Филиала католического общества «Миссионеры милосердия», проживавшие там около 15 лет в обстановке, приближенной к домашней, достигли совершеннолетия, и поскольку у них констатируются проблемы в развитии и воспитываются они не в семье, орган опеки поставил вопрос об их дееспособности.

В декабре 2010 г. в правовую группу Центра лечебной педагогики обратились сестры –сотрудники Дома милосердия – с тревогой по поводу сложившейся ситуации. Сестры понимали, что большей части воспитанников будет установлена «недееспособность». Однако двое из 9 воспитанников приюта в значительной степени социализированы: они закончили училище, самостоятельно перемещаются по городу, делают общественные и личные покупки в магазинах. Но, к сожалению, в России не существует для таких людей возможности установления ограниченной дееспособности; имеется лишь альтернатива «дееспособен-недееспособен». В такой ситуации, если особенности человека не позволяют ему жить во взрослом возрасте совершенно самостоятельно, суд (на основании психиатрической экспертизы!) обычно устанавливает ребятам, выросшим вне семьи, статус «недееспособный». Все, кто сталкивался с этим понятием, знают, что этот статус лишает человека не только избирательного права, возможности жениться и выйти замуж и других крупных прав; по закону, такой человек не имеет права без сопровождения ездить по городу, организовывать и проводить свой досуг, покупать товары в магазине, осуществлять различные платежи и пр.

Сестры с присущим им чувством христианской справедливости считали естественным сохранить ребятам дееспособность. Поскольку такое решение вопроса для государства было весьма неординарным, Центр взялся им помочь. Проведя независимую экспертизу (обследовав ребят), подробно поговорив с сестрами из приюта, изучив материалы психиатрической экспертизы, специалисты Центра (психологи и лечебные педагоги) пришли к выводу: процедура официальной психиатрической экспертизы в том виде, в котором была проведена, не описывает адекватно способности ребят к самостоятельной жизни в условиях приюта. Поэтому выводы официальных экспертов о «недееспособности» ребят сделаны формально, без учета реальной ситуации.

По результатам независимой экспертизы были составлены возражения на иск о признании недееспособными этих воспитанников; психологи и юристы отстаивали свои мнения в суде. Суд вылился в содержательное обсуждение, в ходе которого решалось, как лучше обустроить жизнь ребят. В результате негосударственные социально-ориентированые организации, независимые эксперты (психологи, юристы) и представители государства (Департамент социальной защиты населения Москвы, прокуратура, судья, в конечном счете – орган опеки в лице муниципалитета, согласившийся с выводами независимых экспертов) – глубоко разобравшись в проблеме, пришли к единому мнению. В ходе судебного заседания присутствующим стало очевидно, что установление «недееспособности» в данном случае противоречило бы интересам ребят. 10 июня 2011 г. Перовский районный суд Москвы отклонил иск органа опеки о признании недееспособными двоих молодых людей-сирот из Дома милосердия сестер матери Терезы Калькуттской.

Мы расцениваем это событие как большую победу на пути к интегрированному гражданскому обществу. Нестандартным образом была решена стандартная ситуация штампования «недееспособности». Мы усматриваем в этом начаток кардинальных изменений в неколебимой прежде схеме «детский интернат – недееспособность – взрослый интернат» для людей с проблемами развития. Очень радостно, что еще до ратификации Конвенции о правах инвалидов государство оказалось в состоянии начать решать эту непростую проблему.

Поэтому мы надеемся, что будет сделан и следующий шаг в этом направлении – органы опеки найдут возможность не переводить в психоневрологический интернат (ПНИ) семерых ребят, которым установлена недееспособность, а оставить их жить в Доме милосердия. (После многих лет милосердного «домашнего» отношения попадание в ПНИ является тяжелейшим стрессом для таких ребят, после которого они далеко не всегда могут оправиться.)

Мужество сестер и их веру в благополучный исход дела наряду с психологами и юристами Центра лечебной педагогики поддержали и другие волонтеры: психолог – руководитель проекта «Турград», адвокаты Российского Фонда помощи и юридической компании Lazovskaya&Ruiz Legal Services.

Современная Россия стоит на пороге серьезных изменений в сфере опеки и попечительства в отношении совершеннолетних граждан, нуждающихся в поддержке.

Начнем с законодательного аспекта: в цивилизованном мире необходимость особой заботы (опеки) о взрослом человеке с нарушениями и особенностями развития (в частности, в психической сфере) не определяется однозначной альтернативой «дееспособный» – «недееспособный»: везде недееспособность дифференцирована и распространяется лишь на отдельные сферы общественных отношений, в сопровождении которых нуждается конкретный человек. У нас же упомянутая альтернатива, включая полную недееспособность, закреплена в Гражданском кодексе РФ.

Нынешняя парадигма ломает множество человеческих судеб. Родители или опекуны молодого человека, имеющего те или иные проблемы жизнедеятельности и нуждающегося поэтому в поддержке дальнейшего жизненного пути, по достижении им совершеннолетия вынуждены выбирать из двух возможностей (скорее – «невозможностей»). Один путь – оформить «недееспособность»; это гарантирует пожизненную опеку над таким человеком, которая защитит его от опасных шагов и поможет справиться с теми жизненными ситуациями, с которыми он самостоятельно справиться бы не смог. Однако лишившись таким образом «дееспособности», эти люди попутно лишаются множества прав, которыми могли бы вполне адекватно распорядиться, – в том числе, права иметь семью, собственное жилище, совершать мелкие бытовые сделки (покупать одежду, продукты в магазине), выбирать работу по душе, свободно перемещаться по городу и пр. В конечном итоге подавляющее большинство таких людей оказываются во взрослых интернатах для «психохроников». Это относится как к выпускникам детских психоневрологических интернатов, так и к людям, воспитывающимся в семье, – если после смерти их родителей не осталось родственников, готовых взять на себя опеку над ними.

Другой путь для такого молодого человека (в особенности для тех, чье состояние оценивается как «пограничное») – сохранение «дееспособности», а вместе с ней – и всех прав, необходимых для полноценной жизни. В этом случае человеку не полагается никакая особая поддержка; он оказывается недостаточно защищенным в некоторых жизненных ситуациях. В результате многие из таких людей, которым пришлось жить самостоятельно, рискуют стать легкой добычей мошенников, зачастую лишаются жилья, а иногда и жизни.

Чтобы изменить сложившуюся ситуацию (что соответствует и требованиям Конвенции ООН о правах инвалидов, задачу ратификации которой поставил Президент), необходимо изменить законодательство, и прежде всего – уйти от необходимости единственного и столь жесткого выбора на уровне Гражданского кодекса. Юристы Центра лечебной педагогики взяли на себя смелость сделать шаг в этом направлении. Предлагаемые изменения позволят, с одной стороны, свести к минимуму ограничение правоспособности таких людей адекватно общим возможностям конкретного человека. С другой стороны, объем поддержки, оказываемой такому человеку, будет приближен к его реальным потребностям: избавит его от ненужной опеки в повседневных делах, но позволит обрести опору в случаях, угрожающих его имуществу или жизни.

Изменения в тексте Гражданского кодекса РФ
Предложения по изменениям в Гражданский Кодекс РФ, касающимся реформирования парадигмы «недееспособности»
Проект Федерального закона «О внесении изменений в части первую и вторую Гражданского кодекса Российской Федерации» (по вопросам, связанным с дееспособностью граждан)
К изменениям в Гражданский Кодекс РФ, касающимся реформирования парадигмы «недееспособности»: сравнение содержания предлагаемых градаций (степеней) дееспособности
Пояснительная записка к изменениям в Гражданский Кодекс РФ, касающимся реформирования парадигмы «недееспособности»
Сравнение действующей и предлагаемой моделей

У каждого, кто сталкивается с системой психоневрологических интернатов (ПНИ), возникает ощущение, что это учреждения особого режима, хотя на самом деле их функция – всего лишь предоставлять социальные услуги нуждающимся в этом людям.

В соответствии с печальной российской традицией люди в ПНИ живут очень закрытой жизнью, в условиях социальной депривации и оторванности от внешнего мира. К счастью, находятся небезразличные люди, которые активно тратят время, силы и средства на помощь обитателям ПНИ, готовы помочь как материально (собрать и привезти деньги, вещи, продукты), так и физически (например, вывести на прогулку тех жителей интерната, которые не могут выйти сами и поэтому годами не попадают на улицу, не видят солнца, т.к. у персонала ПНИ не хватает для этого возможностей). Замечательно, что число таких добровольцев-волонтеров растет. Однако каждый, кто приближается к этой системе, сталкивается с большим количеством препятствий. Именно волонтеры, основные действующие лица в этой ситуации, первыми ощутили сложности с доступом к своим подшефным в ПНИ.

Юристы Центра лечебной педагогики разъясняют, какие возможности для активности волонтеров предоставляет действующее законодательство. Документ может быть полезен всем, кто так или иначе связан с темой ПНИ или сталкивался с препятствиями при попытке навестить проживающих там людей.

Разъяснение юристов Центра лечебной педагогики

Верховный Суд определил, кто является надлежащим ответчиком по делам о компенсации расходов, произведенных гражданами в связи с приобретением необходимых для лечения детей-инвалидов лекарственных средств, указанных в рецепте, выписанном врачом (фельдшером) на бесплатной основе, в случае отсутствия этих лекарственных средств в аптеках.

Разъяснение Верховного Суда РФ